Источник: gazeta.aif.ru

  Лет десять назад операции по изменению пола стали бурно обсуждаться. В прессе, в обществе — везде. Кто-то считал это извращением, появившимся в наш вольный век, кто-то искренне жалел людей, говорили о дорогостоящих операциях, о гормонах….

Между тем транссексуализм — это болезнь, патологическое состояние личности, при котором ощущается несоответствие биологического и психического полов (то есть мужчина может ощущать себя женщиной и наоборот), совершенно официально признанное медициной. И  лечить ее пока можно только одним способом — хирургическим изменением (на языке медиков — коррекцией) пола (ни гормональная, ни шоковая терпия в этом случае не помогают). Для человека транссексуализм — настоящая трагедия, ведь он вынужден проживать жизнь в чуждом ему теле, играть заведомо не свою социальную роль, наверное, именно поэтому большая доля суицидальных смертей приходится именно на транссексуалов. Операция в таком случае — единственный шанс зажить «настоящей» жизнью, своего рода «второе рождение».

Квалифицированные операции по изменению пола проводят: в Российском научном центре хирургии (Москва), в центре «Феникс» (Ростов-на-Дону), в Республиканском центре репродукции человека МЗ РФ (Москва).

Как это выглядит в цифрах

Средний возраст пациентов-транссексуалов, обратившихся к врачу по поводу смены пола, — 21–24 года. Проводить операции в России разрешается только после достижения совершеннолетия.

Первая широко известная операция по изменению пола была проведена в 1953 году: английский матрос Кристиан Йоргенсен стал Кристиной Йоргенсен. На территории Советского Союза первое превращение женщины в мужчину произошло в 1957 году в Риге.

Раньше бытовало мнение, что мужской транссексуализм преобладает над женским в соотношении 3:1, в последнее время принято считать, что транссексуалы встречаются одинаково часто как среди мужчин, так и среди женщин.

Распространенность транссексуализма в мире колеблется от 1:40 000 до 1:100 000, лидирует Сингапур.

О России точных сведений нет: по официальной статистике, в нашей стране около 2 тысяч транссексуалов (причем операции сделаны только некоторым из них), в то время как неофициальное число таких людей достигает 9 тысяч.

Крик души
Так жить невыносимо!

«У всех транссексуалов биографии очень схожи. Читаешь чужую биографию, и кажется, что это все про тебя», — написала мне Елена из Мариуполя. Она (биологически автор письма еще мужчина, но всю жизнь чувствует себя женщиной, поэтому и говорит о себе в женском роде) рассказала о себе:

«Мне всегда нравилось ходить в платьях и с бантиками. Но родители в детстве со мной были достаточно строги, поэтому все мои желания канули куда-то далеко в глубину меня. Играть очень любила с девочками (обожала возиться с куклами, наряжать их, готовить еду, вырезать кукол и наряды для них). Еще любила играть в дочки-матери, в семью. Правда, исполняла всегда роль папы, но просто потому, что другие роли были заняты. В детстве меня очень часто путали с девочкой. Я отвечала, что я не девочка, а мальчик, — так научили родители.

…Все началось в период полового созревания. И до этого я  очень любила одевать мамины туфельки, кофточки, потом и белье — наряжалась и красовалась в таком виде дома. Мне казалось, что так и должно быть, только никому рассказывать не следует, но годам к 17–18 поняла, что я совсем не такая, как мальчики-одногодки, но и не девочка тоже. Я с горечью сделала заключение, что я ИЗВРАЩЕНЕЦ.

…Я усиленно пыталась искоренить это из себя: начала встречаться с девочками, была вроде как любовь, но секса с ними никогда не хотелось. Мне просто очень хотелось быть на них похожей, быть такой, как они.

С 22 лет жить в мужском теле стало просто невыносимо: я ложилась спать и умоляла Бога дать мне женское тело, я ждала и надеялась, что это все-таки там наверху исправят, но увы… ничего, естественно, не произошло. Я искала статьи по этому поводу, хотя бы какую-нибудь литературу. Узнала, что в Москве делают такие операции, но они очень дорогостоящие. Денег не было. И потом я решила в себе это заглушить, пока живы мои мама и папа, думала, что ни к чему им такой позор. Я понимала (как-то даже не могу сказать «понимал»), что я не голубой, но мое тело мне очень не нравилось, мне хотелось выпрыгнуть из него.

В 27 лет у меня была свадьба. Все радуются, что я наконец-то стал (!) семейным человеком. А я с каждым днем все больше грущу. После свадьбы начала усиленно искать способ заработать деньги, открыла небольшой бизнес. Мы приобрели квартиру, сделали ремонт, купили машину, обставились мебелью и всякими удобствами, но радости все нет.

Сейчас мне 30 с половиной. Я смотрю в зеркало и с ужасом вижу в отражении мужчину.

8 месяцев назад опять начала усиленно рыть информацию по этому поводу. Поняла, что можно добиться операции. Начала принимать гормоны, почувствовала, что все еще можно изменить! Я еще могу стать той, кем мечтаю быть всю жизнь. Появилась надежда, что наконец-то можно будет не играть мужскую роль и стать тем, кем являешься на самом деле. А жить так дальше невыносимо тяжело…

Комментарий специалиста

С письмом Елены из Мариуполя я пришла к руководителю Республиканского центра репродукции человека МЗ РФ, доктору медицинских наук, профессору Андрею Степановичу АКОПЯНУ:

— Если транссексуализм — это заболевание, каким же образом оно появляется у человека?

— Медицинской наукой точно не установлено, что служит основной причиной транссексуализма — нарушения половой идентификации: обсуждается «гормональный сбой», «генетические нарушения». Наиболее уязвим в этом плане период утробного развития — где-то с 16-й по 23-ю недели беременности. Подозрение на транссексуализм появляется уже в детстве — из поведения ребенка. Мальчика лет в 5–6 тянет играть в девчачьи игрушки, носить женскую одежду, вести себя как девочка, находиться в их среде. Впрочем, пугать родителей не стоит — такое поведение вполне может являться простым интересом к противоположному полу. Если же транссексуализм у человека есть, это обязательно станет понятно в период полового созревания, когда начинает расти грудь, появляется менструация, а девочка осознает, что это не ее, что она — парень. Или, наоборот, когда похожую реакцию у парня вызывает эрекция, огрубение голоса, мужской тип оволосения. Лучшим временем для операции с удовлетворительным результатом является возраст 21–25 лет. В целом же транссексуалы — полностью здоровые психически люди, они не имеют специфических психических расстройств, кроме этого ошибочно заложенного природой несоответствия (случается, конечно, что транссексуалами оказываются люди, допустим, с шизофренией, психозами, но это вовсе не обязательно).

— Создается впечатление, что транссексуализм появился только в наше время, неужели раньше такого не было?

— Было. В римской мифологии описываются такие случаи. И при советской власти уже проводили операции по смене пола. Конечно, тогда таких людей было меньше  — где-то 1 на 50–100 тысяч, но они были. Просто шли под другим диагнозом — «психический гермафродитизм», а собственно «транссексуализм» как диагноз был внесен в «Международную классификацию болезней, травм и причин смертей» где-то в 70-х годах .

— А юридическая база у подобных операций есть?

— Любой человек при наличии заболевания имеет право на квалифицированную медицинскую помощь. Раньше считалось, что после того, как психиатр ставит больному диагноз «транссексуализм», ему должны сменить документы (выдать паспорт лица с данными противоположного пола), а потом уже хирург может провести операцию. В 1997 году закон о регистрации актов гражданского состояния утвердил, что смена документов производится уже на основании проведенной операции. Это единственное в нашем законодательстве упоминание, как-то касающееся смены пола.

— Как это присходит на практике: к вам приходит человек и…

— Чаще всего сразу видно, транссексуал это или человеку идея сменить пол пришла в голову только вчера. Но лучше заручиться поддержкой, консультацией и заключением психиатра — проводится медико-психологическая экспертиза (чтобы не было ошибок в диагнозе, и человек после операции не потребовал восстановить прежний пол и возместить ущерб). Если человек действительно нуждается в смене пола, до операции мы рекомендуем года полтора прожить в так называемом переходном поле — сменить среду общения, начать гормональную терапию (у мужчин, например, таким образом начинает расти женская грудь), поменять одежду, макияж, походку, движения, манеры. То есть в полоролевом, социальном смысле он уже будет ощущать себя адекватно. А хирург только ставит точку в этом процессе перехода из одного пола в другой. Во всех случаях человеку должна быть обеспечена однозначность пола, соответствующая полу гражданскому и паспортному.

— Кого труднее «переделать» — мужчину или женщину?

— Пожалуй, операция по формированию неофаллоса, мужского полового члена, труднее. Она проходит в несколько этапов, требует микрохирургической техники и специальной подготовки хирургов. До фаллопластики удаляется матка и один или полтора придатка. Сейчас для создания фаллоса чаще всего используется кожный лоскут со спины или передней поверхности предплечья. Операция длится 6–7 часов. В отличие от этого операция по трансформации мужчины в женщину проводится в один этап и включает в себя ампутацию члена с последующей пластикой влагалища участком сигмовидной кишки. Двумя бригадами эту операцию мы проводим примерно за три часа.

— И женщина, ставшая мужчиной, сможет вести полноценную половую жизнь?

— Да, реабилитация займет от трех месяцев до полугода независимо от пола. Мы добиваемся сейчас сексуальной адаптации на всех этапах полового акта: от эрекции до интроекции и фрикций (аналога оргазма без семяизвержения). Естественно, ни о какой беременности и родах речь здесь даже не идет и не будет идти.

Самые известные транссексуалы

Дана Интернешнл — израильская певица, победившая в 1998 году на конкурсе «Евровидение». До 1993 года она жила в мужском обличии под именем Аарон Коэн.

Джулиан Элтиндж — известный американский имперсонатор. Прославился тем, что играл в водевилях и различных постановках женщин, причем так виртуозно, что никто и не догадывался об его принадлежности к мужскому полу. Поскольку операции в девятнадцатом веке еще не делались, Джулиан всю жизнь прожил в мужском теле.

Аманда Лир — певица, поющая низким, мужским голосом. Причина этого в том, что Аманда от рождения была мальчиком и сделала операцию по изменению пола в 14 лет.

Ви Уа — индеец, живший на территории США в середине XIX века. Ви был биологическим мужчиной, но вел себя в племени, как обычно ведут себя женщины. Поэтому позже, когда американцы захватили деревню, где жил Ви Уа, он стал известен в качестве… индейской принцессы.

Тина Брэндон — реальный человек, биологически — девушка, жившая в штате Небраска. Именно ее судьба стала основой для фильма «Парни не плачут». Тина родилась в женском теле, но начинает жить так, как велят чувства — жизнью мужчины.

«Стрелки» о…
Как вы относитесь к транссексуалам?

Гера: «Транссексуализм — это не психическая болезнь, проблема здесь чисто медицинская. Врачами давно доказано, что люди, принадлежащие к сексуальным меньшинствам, имеют гены, которых нет у других. Так зачем же общество осуждает, унижает транссексуалов? Можно не понять тех, кто решается на перемену пола ради эксперимента или эпатажа. Но люди, которым это жизненно необходимо и кто решается на такую серьезную, а может, и опасную операцию, вызывают уважение. Ведь это трансвеститы могут сегодня побыть мужчиной, а завтра — женщиной: достаточно лишь одеть платье, чулки, накраситься. А если ты прибегаешь к операции — назад дороги нет! Многие транссексуалы чувствуют себя униженными, не такими, как все, но после операции у них проявляются подавляемые раньше таланты. Вспомните хотя бы Дану Интернейшнл! Такие люди действительно умны и многого добиваются в жизни, так что неправы те, кто говорит о транссексуальности как о психической болезни. Да, можно посочувствовать этим людям, что природа совершила в их отношении ошибку. И счастье, что теперь можно исправить эту «оплошность» медицинским путем».

Average user rating

   (0 голос)